ДНЕСЬ БОГ НА ЗЕМЛЮ ПРИИДЕ
В песнопениях богослужений Рождества Христова Церковь называет
события, празднуемые в этот святой день, великой тайной, явленной Богом
человечеству, ибо
«днесь Бог на землю прииде, и человек на Небеса взыде».
Святитель Московский Иннокентий, выдающийся иерарх XIX века, великий миссионер-подвижник,
говорит об этом еще отчетливее:
«Если бы Иисус Христос не был на земле, то никакой человек не мог бы
войти в Царствие Небесное».
Преподобный Ефрем Сирин, святители Василий Великий, Григорий
Богослов, Иоанн Златоуст, Григорий Нисский, Амвросий Медиоланский и другие
отцы и учители Вселенской Православной Церкви называют Рождество Христово
великим, радостнейшим, честнейшим и важнейшим праздником. Пришествие в
мир Христа Спасителя уподобляется ими сиянию Света Божественного, просветившего
все творение.
«Христос раждается прежде падший возставити
образ», —
воспевает Святая Церковь. После грехопадения праотца Адама трудна
и безотрадна была жизнь потомков его на свете. Долго и мучительно готовился
мир к тому, чтобы принять Сына Божия. Проходили века и тысячелетия. Весь
мир, древний и ветхии, томился, тоскуя и изнемогая, застыв в тревожном
ожидании. И люди чутко прислушивались, внимали знакам небес, чувствовали,
что вот-вот должно наступить и исполниться никогда небывалое прежде. Иудеи,
завоеванные чужеземцами-римлянами, переживали крушение земных надежд и
нетерпеливо торопили Божие пришествие на основании древних пророчеств.
А язычники взывали к неведомому им Богу, страдая от безверия и всеобщей
распущенности нравов.
Патриарх Иаков предсказывал, что Спаситель придет тогда, когда
царский скипетр отымется от потомков колена Иудова. Святой пророк Даниил
предсказал, что Царство Мессии наступит в семидесятую седьмину после выхода
повеления о восстановлении Иерусалима (через 490 лет), в период господства
могущественного языческого царства, которое будет крепким, как железо.
И вот, действительно, к завершению Данииловых седьмин Иудея подпала под
владычество мощной Римской империи, а скипетр перешел к царю Ироду, идумеянину
родом. Люди ждали чудес и знамений. Им хотелось земного торжества, они
надеялись, что придет Мессия, и тогда над всеми народами земли возвысится
царство избранного Богом народа.
Произошло нечто нежданное, совершенно невозможное, полностью
выпадающее из естественного хода вещей. Божественная любовь вошла в мир
в образе новорожденного Младенца, со всей Его хрупкостью беззащитностью.
Он просто родился, как рождаются все дети. Впрочем, родился Он в обстоятельствах
необычайных. Даже самые бедные люди тогдашней Палестины все же не рождали
детей в загоне для скота.
Кесарь Август повелел учинить по всей земле перепись. Эдикт о
переписи вышел в 746 году от основания Рима, но в Иудее перепись началась
приблизительно в 750 году, в последние годы царствования Ирода, прозванного
Великим. Иосиф был из рода Давидова. Поэтому Пресвятая Богородица с праведным
Иосифом должны были проходить перепись в Вифлееме, называемом Давидовым
городом, — в нем некогда poдился царь Давид. Власть человеческая одинакова
во все времена. Она поспешает издавать указы и не слишком беспокоится о
том, легко ли подданным их выполнить. Божия Матерь была «на трудах», как
говорили на Руси в старину, должна была вот-вот родить Сына, а пришлось
срочно и безотлагательно пускаться в неблизкий путь из Назарета, где они
жили, в Вифлеем.
Та давняя перепись Августа отбросила на грядущий мир недобрую
тень. Во всякой душе человеческой живет образ Божий, и в самой задаче пересчитать
всех людей по головам, как баранов, дать им номера, чувствуется сознательное
или бессознательное намерение лишить их имен, связующих их с миром горним.
Имя человеческое — не просто опознавательный знак. Оно сродни молитве и
таинственно связывает нас с другими людьми и Богом.
Не нашлось путникам места в Вифлееме, он был переполнен гостями,
съехавшимися в родной город ради переписи. И вот в пещере, куда загоняли
скот, в крайне уничижительной обстановке довелось родиться Христу. Преподобный
Максим Исповедник видит в Рождестве «таинство еще более непостижимое, чем
всякое другое». В этом беззащитном, нуждающемся в любви и заботе. Младенце
таится вся полнота невидимого, непостижимого Бога. Некогда, в дни сотворения
мира
Бог вручил человеку землю с ее травами и деревьями, с ее птицами
и животными, во всей ее красоте и пленительности. Теперь же, в Новом Завете,
Он вручает людям Самого Себя.
Со страхом и благоговением предстоим мы пред непостижимой тайной
нашего спасения. Все содержащий в руке Своей и прославляемый непрестанно
ангельскими чинами, Бог рождается на земле как обыкновенный Младенец, в
пещере, едва ли пригодной для жизни, являя всем нам пример любви и смирения.
«Ныне настало спасение и сила и Царство Бога нашего».
Кто же торопится поклониться «в бессловесии явившемуся на земле
Слову»? Несколько неизвестных никому пастухов. Вовсе, не горделивым знатокам
Священного Писания, не надменной знати, а этой почти детской простоте и
невзыскательности доверил Бог Свою тайну. Пришли поклониться Христу и три
волхва, их называли и царями. Из неведомой страны отправились они в дальнее
странствие по призыву Божию, не ища для себя ни выгоды, ни славы, ни почестей.
В Иерусалиме постарались они разузнать, где должен родиться Мессия. Никто
из иудеев и не подумал присоединиться к ним, и весь свой путь до Вифлеемской
пещеры они совершили втроем в благоговейном молчании. Древнее сказание
сохранило их имена — Каспар, Мелхиор и Валтасар.
По преданию, мощи их хранились в Милане до 1164 года. Германский
король Фридрих Барбаросса, завоевавший этот город, перенес останки святых
мудрецов в Кельн. Для их встречи была выстроена роскошная триумфальная
арка, простоявшая почти тысячу лет и разрушенная только в дни Второй Мировой
войны. А мощи евангельских волхвов и поныне почивают в Кельнском соборе.
Для них был изготовлен великолепный ковчег, почитающийся поныне чудом мирового
ювелирного искусства. Это одна из величайших святынь Христианства. Шестого
января по новому стилю, то есть в православный сочельник, отверзаются тяжелые
двери прославленного Кельнского собора, и для поклонения верующих выставляется
старинный ковчег. Перед мощами волхвов проходят неисчислимые толпы людей.
В свое время здесь перед коронацией молились немецкие кайзеры. А три короны
волхвов стали гербом города Кельна. Во многих западных странах день этот
почитается и поныне как народный праздник.
Младенца окружали ангелы, и потому темная и неприбранная пещера
уподобилась прекрасному сияющему небу. Подле яслей, по преданию, стояли
вол и осел. На осле Божия Матерь ехала из Назарета в Вифлеем. А вола привел
праведный Иосиф, чтобы, продав его, заплатить положенную дань царю, а также
купить все потребное для семейства. Бессловесные животные согревали своим
теплым дыханием Сына Божия. Зимняя ночь была холодна и промозгла. Недаром
в старину в день Рождества Христова христославы приветствовали не только
людей, но и домашних животных, сады, нивы, родники. Все мироздание разделяет
с людьми великую Рождественскую радость.
«Когда бы я ни посмотрел на место, где родился мой Спаситель,
— всегда имею с Ним в душе сладкий разговор». «Господи Иисусе' — говорю
я, — как неуютно было Тебе лежать там в яслях Твоих ради моего спасения!»
— писал блаженный Иероним, знаменитый учитель Церкви, живший в Палестине
в IV веке по Рождеству Христову и переводивший Священное Писание на латынь.
«Что должен я воздать Тебе за это? — и мне казалось, как будто Младенец
отвечает мне: «Ничего я не желаю, пой только: Слава в вышних Богу».
Иероним продолжал: «Ах, что же я дам Тебе? Я отдал бы Тебе
все, что имею». Но Он отвечал: «И Небо Мое и Земля Моя. Я не нуждаюсь ни
в чем. Отдай все это бедным людям, и Я прииму, как бы это было сделано
для Меня». И продолжал Блаженный: «Охотно сделаю я это, но что я дал бы
Тебе Самому?» Отвечал Младенец: «Если ты такой щедрый, то дай Мне твои
грехи и твою испорченную совесть, и твое осуждение других людей. А Я возьму
их на Свои рамена». И заплакал тогда святой Иероним.
Дни перед Рождеством Христовым — дни исправления, покаянья в
грехах. Небо должно вновь соединиться с землею. «То спасено, что с Богом
соединено,— говорит святитель Григорий Богослов. — А что не соединено,
вовсе не может спастись». Недаром в эти холодные зимние дни вспоминает
Церковь величайших своих подвижников и отшельников. Свято верил народ,
что в Рождественские дни Ангелы непрестанно поют «Аминь», то есть «воистину»,
в ответ на благие просьбы людей Божиих, возносящиеся к небу. Великий грех
заводить в эти дни споры и ссоры. К великому празднику даже враги должны
примириться между собою. Мы должны придти к великому и святому дню в любви,
мире, тишине душевной, с чистой совестью.
Сегодня, как никогда, своевременны мысли святого праведного Иоанна
Кронштадтского: «Посмотрите со вниманием на жизнь современного человека,
как она неестественна, не говорю уже—не благодатна, как не по-христиански
провождается. Посмотрите, как он извратил самые наслаждения чувственные.
Для обоняния и вкуса, и отчасги для самого дыхания, он изобрёл и воскуряет
почти непрестанно острый и пахучий дым, — принося это, как бы постоянное
кадило, демону, живущему во плоти
А между тем, Бог сошел на землю для того именно, чтобы человека
возвести на небо. Человек, где ты? Как ты глубоко ниспал! В какую ты тьму
зашел сам добровольно? Воспряни, BЫиди на свет Божий, познай свое божественное
благородие, покайся и соединись с Богом, да возведет тебя на небо».
Сохранились ли и поныне в людях нетребовательная простота и мудрая
скромность евангельских пастухов, найдутся ли сегодня волхвы, готовые,
не взирая на все трудности, шествовать, куда ведет Откровение Божие, чтобы
в конце пути склониться перед Истиной?
Детская чистота нужна для веры, детская открытость и детская
незащищенность. Где кожа толста, туда вере трудно пpобиться, для этого
потребно особенное чудо. А будет ли жизнь человеческая, окончательно опустевшая
без веры, надежды и любви иметь хоть какую-нибудь ничтожную цену, хоть
какой-нибудь, хотя бы малый, смысл? Разговаривая с учениками, Ииcyc Христос,
«взявши дитя поставил его посреди них, и, обняв сказал им: Кто примет одного
из таких детей но имя Мое, тот принимает Меня».
Преподобный Ефрем Сирин, обращаясь со смиренным прошением ко
Господу в день Святого Рождества, взывает к Нему: «Приими ныне глас молитвы
нашей и о чем молим словом, соверши делом!»
Творец, покрытому мне тьмою
Простри премудрости лучи,
И что угодно пред тобою,
Всегда творити научи!
Волхвы принесли новорожденному Спасителю дары - золото, ладан и
смирну. Честные Дары волхвов Матерь Божия бережно хранила всю жизнь. А
незадолго до своего Успения, зная, что земная Ее жизнь заканчивается, передала
Дары вместе с своим Поясом и Ризой Иерусалимской Церкви, где они пребывали
до 400 года. Византийский император Аркадий перенес их в Константинополь.
Потом они попали в город Никею и около шестидесяти лет находились там.
Когда же из Константинополя изгнали латинян, Дары возвратились в столицу.
А после падения Византии в 1453 году оказались они на Афоне в монастыре
святого Павла. Их привезла туда сербская царевна Мария.
Принесем же и мы Господу наши духовные дары: золото веры, благоуханную
любовь к Богу и ближним, искреннюю молитву и умягчающие жизнь добрые дела
по вере и любви нашей. И тогда откроется нам Господь, как открылся Он волхвам
и пастухам в ту благословенную тихую ночь. И с душевным ликованием вознесем
вместе с Ангелами Рождественскую песнь, обращенную не только к горнему,
но и к дольнему миру:
«Cлaва в вышних Богу, и на земли мир, в человецех благоволение!»
Валерий Шленов
Из журнала "БОЖИЙ МИР", 1(25), 2001 (Издается по благословению Его Святейшества,
Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Алексия II)
православный календарь |